650 слов, "внелимит".Синъя Когами сел на свое место, положил перед собой толстый учебник по истории права и уткнулся в него лицом, а Нобутика Гинодза и Мицуру Сасаяма уставились на него с тревогой и интересом. - Не выспался? - спросил Сасаяма.
- Ну, - пробурчал Когами, не поднимая головы. - Макисиме книжки до трех утра читал, чтоб ему провалиться.
Сасаяма и Гинодза переглянулись. На днях Когами и Сёго Макисима, его сосед по комнате в общежитии, заключили какой-то спор; проигравший должен был читать победителю вслух на ночь. Они понятия не имели, в чем заключалось пари, но Когами, похоже, с треском продул. - Надо же, - поскреб подбородок Сасаяма. - А что читал?
- Сначала - Сартра, - сонно откликнулся Когами. Сасаяма испуганно поперхнулся, но Когами лишь махнул ладонью в ответ: - Да нет, Сартр-то ничего так. А вот потом его приперло стихи послушать. Валяй, говорит, Эмили Дикинсон. И до трех утра не дрых, скотина.
Гинодза молча полез в телефон - смотреть в поисковике, кто такая Эмили Дикинсон, а Сасаяма грозно скрестил руки на груди. - Он не гомосек, Макисима этот? - Вообще-то Сасаяма ничего не имел против любви между мужчинами, - какими-нибудь другими мужчинами, в число которых он сам не входил - но в первом семестре у него вышел конфликт с одним странным студентом факультета естественных наук, и теперь Сасаяма никому не доверял просто так. Время от времени студент тайком оставлял на его столе многозначительные записки. Последняя гласила: Хочу разорвать тебя на части! К. Т.
- Не знаю, - сказал Когами. - Куда мне было деваться, если он спор выиграл? В кафетерии вчера были булочки с бобовой пастой, а не с каштаном.
Гинодза хлопнул себя по лбу. - Вы поспорили, с каким вкусом будут булочки? Серьезно? Когами, тебе сколько лет - пять или шесть?
Тот нахохлился. - Так это он пристал - давай проверим, давай проверим, ты точно не угадаешь. Выбесил до дрожи. Я ему: сам ты не угадаешь…
- Ага, - вздохнул Гинодза. - А если он с крыши прыгать пойдет, ты тоже за ним рванешь?
- Ты прямо как мама моя, - фыркнул Когами. Гинодза пожал плечами: - Умная женщина, наверное. Ты мне лучше объясни… - Он не успел договорить: кто-то подобрался к ним сзади, ловким движением ухватил Когами за шею и сделал умелый удушающий жест. - Макисима, мать твою, - привычно ругнулся Когами и попытался перекинуть Макисиму через стол. На пару минут образовалась куча мала, а затем Макисима отряхнулся, пригладил волосы и устроился рядом с остальной компанией. На нем были обтягивающие джинсы, белоснежная рубашка навыпуск и свободная фиалковая кофта ажурной вязки. Сасаяма про себя подумал, что скорее застрелился бы, чем надел такое на люди, но Макисима явно стреляться не собирался, и это поражало его больше всего.
- Привет, - сказал Макисима, обращаясь в основном к Когами. - Слышал новость? В третьем корпусе реставрируют большой зал. Надеюсь, у нас наконец-то появится актовый зал поприличнее, а то, видишь ли, Тита Андроника можно и в сарае ставить, но…
- Да ты придурок, - устало отмахнулся Когами. - Нормальный у нас актовый зал, куда тебе еще. Его под новый спортзал обустроят, я тебе обещаю. Клубам уже заниматься негде.
Гинодза и Сасаяма слегка напряглись и начали подавать лицами какие-то предупреждающие сигналы, а Макисима придвинулся ближе. Золотистые глаза его доброжелательно сияли. - Актовый за-а-ал, - протянул он. - Спорим? Кто проиграет, тот неделю разговаривает со мной по-английски. В стиле Шекспира.
- Сам ты… в стиле Шекспира, - огрызнулся Когами. В аудиторию вошел лектор; Гинодза и Сасаяма прошмыгнули на свои места в нижней части "амфитеатра", Макисима же с невозмутимым видом остался сидеть справа от Когами. - Актовый зал, - шепнул он ему в самое ухо. - Спортзал, сказано тебе, - Когами с наслаждением пнул его под столом грязноватым ботинком, а Макисима только хмыкнул и достал из рюкзака томик сонетов. Это был вовсе не его курс, но он любил отдохнуть иногда на лекциях по праву: под негромкий монотонный голос преподавателя приятнее всего было приобщаться к бессмертным сокровищам мировой литературы.
650 слов, "внелимит".